Он не считал себя туристом, он был путешественником... ...Важное отличие между туристом и путешественником, говорил он, было в том, что первый принимает свою цивилизацию без вопросов, тогда как путешественник сравнивает её с другими, отвергая то, что приходится ему не по вкусу.
Пол Боулз





воскресенье, 27 июня 2010 г.

Цитаты из красивого поста Ваби-саби: искусство повседневной жизни.

Возвращаясь к Интернету и к плодам своего нового увлечения, хочу поделиться ощущениями от  прочитанного.  Конечно, читая,  каждый стремиться постичь чей-то опыт, и я тоже.  Однако, не знаю, связано это с моим эго или человеку в принципе свойственно волноваться только от того, что касается его лично,  но я всегда  пропускаю чужие мысли через призму собственной жизни.  Вот слова, которые дотронулись до моего сердца:

Сад художника во власти дождя. Ни местечка для яркого солнца; всегда он печален и сер – словно стареющая женщина, чья увядающая красота напоминает о том, как прекрасна она была когда-то. Сегодня тихая грусть цепляется, как ворон, за мокрые ветки сосен.

Если бы люди никогда не старели и не увядали, но вечно жили в этом мире – всё утратило бы свою способность волновать, трогать нас! Самая ценная вещь в жизни – её неопределенность, недолговечность. Взгляните на живые существа – ни одно не живет так долго, как человек. Майская муха не доживает до вечера, летняя цикада не ведает ни весны, ни осени. Какое великолепно неторопливое чувство – прожить один-единственный год в полной безмятежности! Если этого вам мало – проживите хоть тысячу лет, они мелькнут как сновидение одной ночи.

Изменение - не единственное ли неизменное?

Должны ли мы смотреть на вишню только когда она в цвету, или на луну только когда небо безоблачно? Мечтать о луне, глядя на дождь, опустить занавески и не осознавать, что весна проходит – это более трогательно. Ветви, готовые покрыться цветами, или сады, устланные увядшими цветами более достойны нашего восхищения... Наиболее захватывающее во всём – начало и конец.

Один-единственный прекрасный бутон камелии намекает на свет в конце зимнего туннеля – изящный поклон в сторону смены сезонов, чтобы не забыть о ней в извечной спешке.                                                                                                                                    
Настоящий сусу-даке в наши дни трудно достать, - жалуется мастер. - Осталось не так много старых ферм. Некоторые корзинки, которые можно увидеть сегодня, сделаны из обыкновенного бамбука, который протравили, чтобы подделать природную патину. Нельзя так делать. Подлинный мастер чайных церемоний всегда увидит разницу.

Асимметрия и неправильная форма предоставляют простор для роста, совершенствования, а безупречность душит воображение.

Когда хозяин чистит и приводит в порядок место, которое займут гости, он наводит порядок и внутри себя.

Когда по утрам ты приносишь мне чашку чая, я беру её; когда ты готовишь мне еду, я принимаю её; когда ты кланяешься мне, я отвечаю наклоном головы. Как еще ты хочешь, чтобы тебя учили умственной дисциплине дзэн?
...Если хочешь увидеть – смотри сразу. Когда начинаешь раздумывать, ты упускаешь суть.

 Великий враг чистого языка — неискренность. Когда между вашими истинными и провозглашаемыми целями  есть разрыв, вы, так сказать, инстинктивно прибегаете к длинным словам и затрёпанным идиомам, как каракатица, выпускающая чернила.

Еще безумно красиво про "волшебную цветочную корзину" с полосками из "покореженных бамбуковых жердей", которые осторожно отполировали, чтобы "проявилась изящная патина, с продольными прожилками оттенка карамели, янтаря и ржавчины".
И про молодого монаха, чьи замерзшие пальцы "делают вид, будто не ноют от холода в соломенных сандалиях".
И про то, как "легкий шопот сосен слышен в котелке".
И про жену владельца магазина, которая "всегда находит время разделить чашку сладко-ароматного чая гиокуро – и тепло своего гостеприимства" со своим гостем.

С сайта  Цветы под стеклом.

Комментариев нет:

Отправить комментарий